Введение

С пчелами человек знаком очень давно. Еще до возникновения Киевской Руси славяне, населявшие Восточные Карпаты, охотились за медом диких пчел. Киево-Печерская летопись (945 г.) свидетельствует, что в IX—X вв. на Киевской Руси бортническое пчеловодство было развито уже настолько, что производимые мед и воск не только использовались для внутреннего потребления, но и шли на экспорт в Византию, Европу, восточные страны, т.е. играли исключительно важную роль в экономике тех времен. Арабский историк Ибн Даст в X в. писал, что «славяне разводят пчел в деревянных цилиндрах». Видимо, это были уже колоды или дуплянки, потому что трудно представить себе, чтобы бортное дерево кто-либо решился назвать цилиндром.

На Руси пчеловоды назывались бортниками, а бортью называли естественное или искусственно приготовленное в стволе толстого живого дерева дупло вместе с поселившейся в нем пчелиной семьей. Сбоку этого дупла, еще до заселения пчелами, устраивался лаз — отверстие шириною 10—11 см и длиною до 1 м — для осмотра пчелиного гнезда и отбора медовых сотов. Лаз закрывался втулкой-должеей (или двумя такими втулками) с проделанным в ней летковым отверстием.

Обрубок ствола поваленного дерева длиной до 1,5 м вместе с находящейся в нем бортью стали называть колодой или ульем. Торцы обрубка были глухими, а доступ к гнезду пчелиной семьи осуществлялся сбоку, для чего нужно было вынуть должею из лаза. Колоды получили распространение сначала в лесных районах Киевской Руси, а затем и Московской Руси.

В степных районах стали использовать другой тип примитивного улья — дуплянку, которую продалбливали насквозь в обрубке дерева длиной 0,7—0,8 м или сколачивали из досок и называли бездонкой. Ее устанавливали вертикально на деревянную плаху или на плоские камни над углублением в земле, а сверху прикрывали доской. Таким образом, доступ в дуплянку осуществлялся снизу или сверху гнезда.

К примитивным ульям (в которых пчелы прикрепляют соты прямо к их стенкам) относятся также цилиндрические или конические сапетки, плетенные из соломы или тонких прутьев. В свое время они были распространены на Северном Кавказе и в Закавказье.

Пчельником или пасекой называли участок территории, на котором компактно размещалась группа примитивных ульев (колод или дуплянок) с пчелами, а иногда и избушка пчеловода. Бортничество и пасечное пчеловодство параллельно существовали на Руси в течение нескольких веков.

Древние люди по-хозяйски использовали пчел, сделав их почти домашними животными. Опытные бортники хорошо знали, где найти гнездо, какой рой можно принести домой, когда надо собирать мед, как уберечь пчел от холода и голода.

Путешественник Галл, проезжавший в начале XI в. по территории нынешней Украины, отметил в своей хронике, что «видел здесь удивительное множество пчел, пчельников, пасек в степях и бортей в лесах, а также заметил чрезвычайное обилие меда и воска».

Большое экономическое значение бортничества и пасечного пчеловодства наглядно иллюстрирует законодательство Киевской Руси и Московской Руси. «Киевская Правда» Ярослава Мудрого и «Судебник» Ивана Грозного предусматривали строгие, а в иных случаях и очень суровые наказания за разорение или хищение чужих пчелиных семей.

Надо отметить также, что еще в языческие, дохристианские, времена наши предки широко использовали мед и медопродукты в народной медицине. Так, предки россиян лечили медом простуду, нарывы, болезни глаз, сердечные и почечные недомогания, а дым прополиса вдыхали при кашле и различных заболеваниях легких. Евпраксия, внучка Владимира Мономаха, написала целое руководство по лечению медом многих болезней человека.

В 1898 г. на III Всероссийском съезде пчеловодов было доложено, что земская медицина России располагает множеством примеров успешного излечения медом болезней горла, в том числе дифтерита, а также молочницы, рожи, бронхита, болезней сердца, инфлюэнцы, коклюша, болезней желудка, малокровия и целого ряда других заболеваний.

Лечебные и другие свойства меда в начале нынешнего века обстоятельно изучала Петербургская военно-морская академия. К сожалению, начавшийся в конце XIX — начале XX в. бум производства химических лекарственных препаратов привел к длительному забвению биологически активных продуктов пчеловодства, как, впрочем, и многих других средств народной медицины.

Уже в конце XVII в., и в особенности в XVIII в., начался затяжной и все усиливающийся кризис европейского, а немного позже — и российского пчеловодства. Причиной тому была быстро возрастающая численность предприятий по производству древесного угля, дегтя, слюды, скипидара, селитры, стекла, поташа, соляных варниц, смолокуренных, металлургических и других заводов, потребляющих громадное количество древесины в качестве сырья или топлива. Рубка корабельного и строительного леса, все увеличивающиеся объемы экспорта древесины, раскорчевка больших массивов леса для расширения сельскохозяйственных угодий вели к массовому уничтожению лесов на больших площадях и резкому сокращению медоносных ресурсов в обжитых районах. Кризису, а затем и явному упадку пчеловодства в немалой мере способствовали появление стеариновых свечей и керосиновых ламп, резко сокративших спрос на восковые свечи.

Развитие винокуренной промышленности, способной производить практически любое количество крепких спиртных напитков, а также присоединение к России винодельческих провинций (Бессарабии, Таврии, Закавказья) привело в конце XIX в. практически к полному прекращению производства более дорогих хмельных медовых напитков. А ведь в течение многих веков русские, да и многие другие народы России, употребляли исключительно одни медовые хмельные и безалкогольные напитки.

И, наконец, еще один сокрушительный удар по былой мощи пчеловодства России нанесло довольно стремительное развитие отечественного свеклосеяния и сахароварения. Ежегодное производство свекловичного сахара к 1878 г. достигло 4 млн. пудов (64 тыс. т), не считая импорта еще более дешевого тростникового сахара. К концу XIX в. Россия не только полностью насытила внутренний рынок сахаром, но и стала его экспортировать. Китайский чай с дешевым сахаром полностью вытеснил традиционный русский напиток с медом — сбитень.

Однако, несмотря на глубочайший кризис пчеловодства в Европейской России, уже во времена Екатерины II, а точнее с момента изобретения П.И. Прокоповичем (1814) первого в мире рамочного улья, стали обозначаться процессы, характеризующие возрождение этой отрасли сельского хозяйства, но уже на иной основе. В течение всего XIX в., после того как в 1786 г. М.Н. Аршеневский завез пчел в Усть-Каменогорск, колодное пчеловодство начало распространяться на восток, достигнув бассейна Амура в 1869 г. и Хабаровска в 1887 г. В начале XX в. в Сибири и на Дальнем Востоке насчитывалось уже полмиллиона пчелиных семей. Это был один из наиболее ярких примеров экстенсивного развития пчеловодства.

Другой процесс, постепенно набиравший силу прежде всего в европейской части страны, с полным на то основанием можно назвать процессом интенсификации, т.е. последовательного внедрения в практику методов рационального пчеловождения. Инициаторами его были П.И. Прокопович, Н.М. Витвицкий, Е.С. Гусев и другие деятели русского пчеловодства, среди которых виднейшую роль сыграл академик А.М. Бутлеров. Началу этого процесса предшествовала печатная пропаганда отечественных и зарубежных достижений в области пчеловодства. Русские журналы и «труды» различных обществ более или менее регулярно публиковали различные статьи по этому вопросу. Первой книгой по пчеловодству, распространившейся в России, была «Наука о пчелах» В. Концкого, изданная на польском языке в 1612 г.

С 1835 г. начал выходить отдельными выпусками капитальный труд Н.М. Витвицкого «Практическое пчеловодство» — первое оригинальное системное руководство по пчеловодству.

С 1850 по 1870 г. в России было опубликовано более 400 книг и статей по пчеловодству. Именно эти публикации знакомили русского читающего пчеловода с трудами И. Сваммердама, Р. Реомюра, А. Янши, Ф. Гюбера, А. Шираха, Я. Дзержона, А. Берлеп-ша и других зарубежных ученых и деятелей практического пчеловодства. Именно из этих источников русский читатель узнал об изобретении И. Мерингом вафельницы для изготовления искусственной вощины, Ф. Грушкой — медогонки, Л.Лангстротом — открывающегося сверху улья со свободно подвешивающимися рамками и надставкой и т.д.

Изобретение П.И. Прокоповичем рамочного улья, И. Мерингом вафельницы для производства вощины и Ф. Грушкой медогонки — вот «три кита», на основе которых сформировалось затем современное рациональное пчеловодство.

Исключительно важную роль в рационализации пчеловодства России во второй половине XIX — начале XX в. сыграла Измайловская опытная пасека — первое в мире научное учреждение по пчеловодству, основанное в окрестностях Москвы в 1865 г. Русским обществом акклиматизации животных и растений.

Здесь вели свои исследования по биологии пчелы и технологии пчеловодства такие видные деятели русской науки, как А.П. Богданов, И.А. Каблуков, Г.А. Кожевников, Н.М. Кулагин, Н.В. Насонов, работали курсы по подготовке специалистов пчеловодства высшей квалификации, техников пчеловодства и пчеловодов, были созданы музей и библиотека, действовали воскресные лектории. Здесь же были организованы коллекционный питомник и дендрарий медоносных растений, мастерские по производству рамочных ульев. Пасека издавала два пчеловодческих журнала, которые считались лучшими в то время.

Те же цели преследовало и Российское общество пчеловодства, основанное в 1891 г., которое всячески инициировало организацию губернских, а затем и уездных обществ, создававших мастерские, склады и магазины для производства и торговли ульями, пчеловодными принадлежностями, музеи, учебно-показательные пасеки, пчеловодческие артели и товарищества. Эти общества также издавали журналы, проводили курсы по обучению крестьян методам работы с пчелами и т.д.

В результате целеустремленной деятельности русской пчеловодной общественности в 1900 г. в целом по стране насчитывалось 328 тыс. пасек, на которых в общей сложности имелось 5 289 тыс. пчелиных семей (в том числе 13% в рамочных ульях). В течение XIX в. пчеловодство России справилось с тяжелейшим затяжным кризисом и прочно встало на путь научно-технической реконструкции.

      Смотрите также

      Мед как косметическое средство
      Во вступлении к этой книге мы упомянули о том, что красавицы далекого прошлого использовали мед для того, чтобы продлить свою молодость, сохранив юные краски лица, нежные руки, великолепную грудь ...

      Народный лечебник о меде
      Если хочешь сохранить молодость, то обязательно ешь мед. Ибн-Сина (Авиценна) Эти знаменитые слова великого врача, поэта и естествоиспытателя древности актуальны и сегодня. Издавна люди считали, что ...

      Рецепты блюд из меда
      Уважаемые мастера кулинарного дела, обыкновенные повара, домохозяйки и, наконец, любители вкусно поесть! Это глава для вас. Здесь мы постарались собрать все известные и неизвестные кулинарные рецеп ...